Когда-то на окраине нашего небольшого городка в полуразвалившейся хибаре поселился горбун. Сколько ему было лет, сказать было трудно, откуда приехал — никому неизвестно. Жил затворником, на улице появлялся редко. Только очень быстро его хибара преобразилась — он обложил дом новенькими досками, а на окнах появились наличники с диковинной вязью. Ни у кого не было таких по красоте наличников, и по вечерам соседи, да и люди с других концов города, приходили полюбоваться на это чудо.
Вызывало изумление, что Анатолий обиходил свой дом сам, без посторонней помощи. А потом принялся за сад, посадил цветы. Он, словно компенсируя свое уродство, окружал себя красивыми вещами.
Инвалидность позволяла Анатолию не числиться официально на какой-либо службе. Заработок ему давали все те же наличники, которые он теперь делал на заказ — приезжали к нему люди даже из окрестных сел. Это был весь круг его общения. Никому, даже ближайшим соседям, о себе он ничего не рассказывал, в беседы вступал неохотно. Мальчишки дразнили его, когда горбун отправлялся в магазин. Но, казалось, он не злился на них, не сыпал бранные слова в ответ. Шел своей дорогой отрешенно, словно и не ожидая иной участи.
К горбуну в конце концов привыкли. Может, так и скоротал бы он свои дни на отвоеванном от людей своем маленьком пространстве. Но года через полтора, как появился Анатолий в городе, произошло событие, которое вновь приковало к нему внимание обывателей.
Как-то по весне приехали из дальнего села новые заказчики — молодая 18-летняя девушка с отцом. По осени она должна была выйти замуж, уже почти готов был для будущих молодоженов дом, который оставалось только украсить наличниками.
Что произошло в тот визит между красавицей Натальей и Анатолием, трудно предположить, но явно, какая-то искра вспыхнула. Скоро стало известно, что Анатолий и Наташа тайно встречаются. И в один прекрасный день соседи увидели, что в калитку горбуна колотит крепкими кулачищами молодой парень. Анатолий впустил его, а через некоторое время тот, разъяренный, выбежал назад. Разговор по всему вышел немирный — соседки видели Анатолия, лицо его украшали пластыри.
Кто-то рассказал, что Наташа якобы отказалась выйти замуж за своего суженого и собралась разделить судьбу горбуна. Поговаривали, что отец запер неразумную дочь дома. А в одну из июньских ночей дом с красивыми наличниками загорелся, и сгорел в мгновение ока еще до приезда пожарных. Самого хозяина нашли в дальнем углу сада связанным и жестоко избитым.
Наташа, неведомо как вырвавшаяся из домашнего плена, не отходила в больнице от Анатолия, пока тот не выздоровел. Домой она больше не вернулась. Вина ее жениха в умышленном поджоге была доказана в суде, и он отправился отбывать наказание. А Наташа с Анатолием сняли угол у соседки и жили там до тех пор, пока Анатолий не отстроил заново дом — сам, без посторонней помощи. На окнах вновь появились наличники, еще более замысловатые, чем прежние. Своего первенца молодые привезли уже в этот дом.
У них родилось четверо детей-погодков — три мальчика и девочка. Они жили дружно, и вскоре всем горожанам стало казаться, что ничего необычного в этой семейной паре нет. Может быть только одно — ни их дети, ни внуки никогда не кидали злых слов вслед человеку с увечьем…